Социальные сети и интернет

Поиск  Правила 
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти
 
Страницы: Пред. 1 2 3 4 5 6 ... 9 След.
Социальные сети и интернет
 
Мониторинг общественного мнения № 2 (2018): Российская социология религии: религия общества / Digital социология религии

Традиционалисткие православные медиа: структура дискурса и особенности функционирования

Екатерина Ивановна Гришаева Уральский федеральный университет им. Б.Н. Ельцина
Валерия Александровна Шумкова Уральский федеральный университет им. Б.Н. Ельцина

Ключевые слова: медиатизация, православие, традиционализм, медиа, религиозная идентичность
Аннотация

В статье рассматривается, каким образом традиционалистские группы внутри православного сообщества используют печатные и интернет- медиа для ретрансляции собственной версии православия или модели религиозной идентичности. Для данной группы характерны: продвижение общественной миссии православия, курс на укрепление сотрудничества церкви и государства, антизападничество. Для анализа были отобраны «Православная газета» (печатное издание Екатеринбургской епархии) и веб-портал «Православие. ру». Проведенный анализ показал, что функционирование традиционалистских медиа обладает рядом особенностей. Происходит гибридизация жанров: проповедь адаптируется к жанру интервью, а очерк о духовной жизни подается как новость. Выстраивается особый православный хронотоп. Светское представление об актуальности как постоянной смене повестки заменяется цикличностью церковной жизни: наиболее значимые события связаны с религиозными праздниками. Наблюдается проекция структуры религиозного института на медиадискурс: в ранжировании тем и авторов сообщений «Православная газета» и «Православие.ру» следуют принципу иерархичности, характерному для офлайн-православия. Таким образом, традиционалистские медиа адаптируют печатные и интернет-издания для внутригрупповой коммуникации, формируют собственную медиасреду.

https://www.monitoringjournal.ru/index.php/monitoring/article/view/242
 
Родители австралийских школьников платят 5 тысяч долларов, чтобы дети провели 9 дней без телефонов

Ветераны австралийской армии, служившие в Ираке и Афганистане, разработали необычную программу для подростков 12–17 лет, страдающих от низкой самооценки и цифровой зависимости, а также демонстрирующих деструктивное поведение.

Дети отправляются в лагерь, организованный по военному образцу, где по прибытии сдают все гаджеты и получают их только спустя девять дней.

Девочкам и мальчикам выдают военизированную униформу, все воспитанники лагеря живут по жесткому расписанию с 6 утра до 9 вечера.

В лагере подростков учат самостоятельно гладить форму, чистить обувь, застилать кровати, убираться в казармах и ходить строем. Большую часть времени они проводят, выполняя различные задания, которые испытывают их мужество и выносливость. Их также учат принимать решения, проявлять инициативу и работать в команде.

Ребята, в частности, занимаются скалолазанием, учатся выживать в дикой природе, преодолевать заграждения, проходят веревочный курс, а также совершают прыжки с парашютом с высоты более 3,5 километра.

Когда дети покидают лагерь, их просят в дальнейшем соблюдать три правила: не пользоваться гаджетами за семейным ужином, заниматься искусством и спортом, а также ежедневно совершать прогулки на свежем воздухе.

Стоимость такой программы достигает пяти тысяч австралийских долларов. Однако родители подростков, не покидающих своих комнат и постоянно играющих в видеоигры, готовы к таким тратам.

https://vogazeta.ru/articles/2019/7/4/international/8324-roditeli_avstraliyskih_shkolnikov_platyat_5...
 
«Наше время не жрут соцсети и бессмысленные видосы»: Ксения Букша — о жизни без гаджетов
Проснулись — взяли в руки смартфон, пока пили кофе — полистали новости на планшете, на работе включили ноутбук, а кто-то сел за компьютер. Кажется, что без гаджетов сегодня не выжить. Наш постоянный автор Ксения Букша рассказывает, как её семья справляется без них и чувствует себя прекрасно.
Ни у меня, ни у моих детей (12, 12 и 4) нет ни смартфонов с мобильным интернетом, ни планшетов. Есть телефоны, с которых можно звонить и отправлять СМС. И есть два ноутбука с интернетом, один — мой, другой — «детский». Нам пока хватает. Иногда кто-нибудь спрашивает меня: «А почему вы не пользуетесь гаджетами?» Вот, отвечаю.
1. Таких, как мы, много (но не в России)
Людей на планете 7,5 миллиарда. Из них четыре миллиарда пользуются интернетом. При этом всего лишь около трёх миллиардов активно пользуются смартфонами и заходят с них в соцсети. Правда, в США, Европе и России таких примерно 70%, а среди «молодого городского населения» процент ещё выше.
Так что если располагать нас внутри нашего «интернет-привилегированного» социального среза, то мы начинаем выглядеть куда более необычно.
2. Мне не подходит тачскрин
В мире по меньшей мере 30 миллионов людей, которые не могут пользоваться тачскрином по разным причинам, вплоть до болезни Паркинсона или ДЦП. Мои особенности куда менее выражены и никогда не доставляли особого беспокойства. Но когда пришла мода на тачскрины, я обнаружила, что для меня это слишком.
Конечно, можно пользоваться голосовыми командами, купить здоровенную «лопату» и тыкать в неё стилусом (что повышает вероятность попадания в нужное место) или присоединить к телефону куда менее чувствительную кнопочную клавиатуру. Но я решила просто забить и «сделать из бага фичу» — использовать этот факт как повод остаться кнопочным аборигеном.
3. Мне не требуется всегда быть онлайн
Ни моя работа, ни мой досуг не требуют непрерывного присутствия онлайн. Посмотрим правде в глаза: мало кому это действительно нужно. Конечно, так можно сказать абсолютно про любое усовершенствование, например про домашний телефон. Зачем он, если можно просто прийти к приятелю и постучать в дверь? Смешно, но это совершеннейшая правда. К любому усовершенствованию привыкаешь, но почему бы не посмотреть на вещи непредвзято? Вполне можно обойтись и без них.

4. Центр нашей жизни — не в телефоне
«Ну ладно, сама делай что хочешь, а детишки-то чем провинились?» Когда я рассказываю, чем увлекаются мои старшие дети, некоторые собеседники удивляются, как же «мне удалось заставить» их этим заниматься.
А я никого и не заставляю — они по собственной воле читают, пишут, играют в настолки, развлекают сестру
Мне приходится делать оговорку: «…но у нас нет гаджетов». «А-а-а, ну, так бы и сказали, теперь всё понятно!» — восклицает собеседник. (Для обладателей железной логики: нет, человек с гаджетом не обязательно бросает все свои увлечения. И всё же интернет отнимает много времени и часто перетягивает внимание на себя, особенно когда речь идёт о подростках.)
5. Мне не приходится талдычить: «Займись чем-то ещё»
Культура потребления интернета с ноутбука во многом иная, чем с телефона. Время, которое человек за ним проводит, больше отделено от активностей в реальной жизни. Поэтому подростку и взрослому, если он уже понимает, что нельзя отвисать в интернете бесконечно, проще контролировать самого себя.
Ведь на самом деле на то, чтобы запостить, лайкнуть, зайти в группы обсуждений или мессенджер, уходит не так уж много времени. Те самые перемешанные «работа — учёба — развлечение», без которых трудно себе представить нашу жизнь, в реальности не требуют особых временных затрат.
Без гаджетов они сразу превращаются в осознанное времяпрепровождение. Привлекательное, но не непрерывное и ограниченное естественными рамками.
6. Никто в семье не пялится в телефон во время прогулки или разговораКогда мы в дороге, когда мы гуляем, когда мы едим, болтаем, играем — мы делаем именно это. Мы общаемся и смотрим по сторонам, не отвлекаясь на телефоны. Полное присутствие, возможность поглазеть или сконцентрироваться на собеседнике, насладиться реальным миром без утечки большей части внимания в интернет — это очень круто. Конечно, у нас есть ноутбуки, но с ними опять же проще соблюдать этикет: захлопнул крышку — и разговариваешь.
7. Наше время не жрут ленты соцсетей, бессмысленные мемасики и видосики
Бессмысленное поглощение контента — сущая напасть для всех, будь нам 15 или 45 лет. При этом мусорное времяпрепровождение подчас невозможно отделить от здорового интернет-поведения. А ведь это разные вещи! Одно дело — общение с подругой, которая живёт за тысячу километров от вас, или продуктивное нытьё и раздача советов на тематическом форуме (хотя и эти активности лучше дозировать). И другое — тупой скроллинг и зависание в бесконечных видеоблогах. Увы, чем доступнее интернет, тем проще в нём залипнуть и тем меньше мы осознаём, чем заняты.
8. Меня не дёргают по мелочам
Если я не работаю, я офлайн. Да и если работаю, могу просто отключить интернет и писать тексты, так что никто меня не достанет. Все родители учеников, кроме меня, получают информацию о школьных делах по вотсапу и «ВКонтакте», а я остаюсь в блаженном неведении. Я получу сообщение, только когда открою фейсбук. Если нужно связаться со мной срочно, остаётся только позвонить. По-моему, это прекрасно.
9. Мне проще осознавать, чем я занята
Среднемировой интернет-пользователь проводит в интернете шесть часов в сутки. Ясное дело, он не всё время поглощён контентом всецело. Просто какая-то часть его внимания там, и по большей части он не замечает, чем занят в каждый момент времени. Что же говорить о детях и подростках, чьи механизмы воли и самоконтроля ещё менее совершенны, чем наши, — просто в силу незрелости лобных долей и других зон мозга.
Между тем осознанность (mindfulness) и управление собственным стилем мышления постепенно входят в число важнейших навыков, необходимых как для счастья, так и для успеха.
Гибкое внимание, умение сосредоточиться и переключиться, управлять своими импульсами — это эволюционное преимущество
Оно помогает выжить в трудные времена и реализоваться по максимуму во времена изобилия. И наоборот, привычка к непрерывному потреблению контента хоть и нормальна и редко заставляет человека бросить работу или забить на детей, но незаметно снижает его потенциал. Ну и, конечно, съедает время его единственной жизни.
Многие уже поняли это и проводят выходные без гаджетов или используют приложения-счётчики интернет-активности, ограничители соцсетей, которые невозможно снять самостоятельно, и другие способы осознавать, оценивать и снижать неосознанное интернет-поведение.
Ну а мне с моим ноутбуком, конечно, проще.
10. Мы и так в курсе
Часто приводят такой аргумент: «Если у всех что-то есть, а у моего ребёнка нет, он будет чувствовать себя обделённым, не сможет обсуждать то, что актуально в его среде, станет изгоем…»
Фигня.
У многих одноклассников моего сына и почти у всех одношкольников дочери есть мобильный интернет. Игры, соцсети, какие-то видео, какие-то группы. Так вот, мои дети как-то умудряются быть в курсе. Да и я. Вероятно, коммуникабельность и любопытство — тоже своего рода гаджеты.
Кроме того, хорошая компания вовлекает и тех, кто совсем не в курсе. При этом в нездоровой атмосфере интернет становится дополнительным рычагом травли. Ну кто не видел эти мерзкие странички «Как мы ненавидим Петю Петрова»? Кроме того, в целом не вредно отрастить себе некоторый уровень сопротивляемости «общественным ожиданиям».
В общем, на вопрос «Ну и как вам живётся без мобильного интернета и гаджетов?» я отвечу: «Так же, как и тем, у кого они есть».
Не то чтобы я принципиальный их противник, сектант какой-нибудь, консерватор или душитель молодёжи. Думаю, по моему тексту заметно, что я критикую гаджеты скорее с позиций эффективности жизненных тактик и стратегий, осознанности и семейной сплочённости. Скорее всего, мои дети со временем обзаведутся всем, что время будет им диктовать. Но посмотреть на вещи с разных сторон, вдуматься в те практики, которые кажутся очевидными, — дело однозначно полезное.

https://mel.fm/gadzhety/9318546-without_gadgets?fbclid=IwAR0P5YujT7BtI53RP8LJ_cDsX3wWR1YWiVb0dGY5amQ...
Страницы: Пред. 1 2 3 4 5 6 ... 9 След.